• 027.jpg
  • 002.jpg
  • 037.JPG
  • 012.jpg
  • 029.jpg
  • 007.jpg
  • 038.jpg
  • 016.jpg
  • 005.jpg
  • 017.jpg
  • 020.jpg
  • 040.jpg
  • 035.jpg
  • 019.jpg
  • 045.jpg
  • 008.jpg
  • 001.jpg
  • 004.jpg
  • 033.jpg
  • 044.jpg
  • 028.jpg
  • 043.jpg
  • 015.jpg
  • 041.jpg
  • 013.jpg
  • 034.jpg
  • 036.jpg
  • 018.jpg
  • 032.jpg
  • 014.jpg
  • 009.jpg
  • 010.jpg
  • 003.jpg
  • 042.jpg
  • 006.jpg
Логотип

5

Неотъемлемое качество творческой натуры – умениеуйти от надоевших штампов и навязанных стереотипов, способность взглянуть на окружающее под собственным углом зрения.

Очень многие играли Гамлета, и у всех он получался разный. Каждому по-своему улыбалась Джоконда, и любой из толпы только на себе ловил взгляд рафаэлевского ангела.

Виктор Викторович Игошин родился 21 июля в 1953 году.

Талантов у него немало: краснодеревщик, художник-оформитель, резчик по дереву. Его руками были сделаны иконостас, рамы для икон, скамьи в греческой православной церкви, которая находится возле Донской публичной библиотеки.

IMG 20151115 134642 1   

Еще одно увлечение В.В. Игошина – рисование. Некоторые свои книги он оформляет сам, а также выполняет заказы других авторов.

О поэзии в жизни Виктора Викторовича… Как и в любом виде творчества, в поэзии – особенно, необходимо соблюдать принцип: делать хорошо или не делать вовсе. В Поэты с большой буквы выйти с халтурой невозможно. А совершенству, как известно, предела нет. В.В. Игошин публиковался в сборниках современных российских авторов-победителей и номинантов поэтических конкурсов «Поэт года» и «Наследие».

 

                        IMG 20151115 134635 0   IMG 20151109 220301 

 

                        IMG 20151109 220229   IMG 20151109 220206

 

В настоящее время Игошин В.В. живет и работает в Ростове-на-Дону.

 

Публикации:

1. Игошин В.В. Время собирать. – Ростов н/Д: Изд-во Рост. Ун-та, 2002 – 32 с.

2. Наследие 2014. Книга девятая. – [Виктор Игошин. стр. 56-58] – М .: Литературный клуб, 2014 – 320 с. (Российский императорский Дом).

3. Лирика 2013. Книга седьмая. – [Виктор Игошин. стр. 25] – М.: Литературный клуб, 2014. – 146 с. (Поэт года).

4. Феникс: Литературный альманах. Выпуск № 6. – [Виктор Игошин. стр. 202-205. – Белая Калитва: Изд-во ООО «Калитва-Печать», 2012 – 212 с.

5. Сайт Стихи.ру www.stihi.ru/avtor/ostrog 13

 

 Посвящается Лермонтову

Наследник светоча российских стихотворцев,
Потомок дальних и воинственных племен,
Нашел себя среди кавказских горцев,
Заснеженных вершин и бесконечных войн.
Презревши свет, язвительный и гордый,
Он гневно обличал и суд, и палачей.
И музыки стихов разящие аккорды
Острее были всех воинственных речей.
Он неудобен был и неугоден многим.
Как прежних, до него – долой, подальше с глаз;
Тарханы позади, и повелением строгим
Лежал далекий путь – на службу, на Кавказ.
Но там, средь диких скал и бешеных потоков,
Лишь горячее стал его мятежный нрав;
Бестрепетных ханжей – носителей пороков
Он награждал венцом колючих эпиграмм.
Несдержан и остер в суждениях и спорах,
Порой терял друзей и наживал врагов.
Машук. Дуэль. И вот – все тот же жадный Молох
Опять прервал поток блистательных стихов.
Немеркнущая кисть и строки без изъяна – 
Наследие его, дарованное всем. 
Так много было в нем. И более, чем странно,
Что был могилой взят всего лишь в двадцать семь.
 
Дистрофики
 
Передо мной стена – высокая, глухая,
Ни влезть, ни обойти, ни сдвинуть, ни пробить.
Попробовать взорвать – идея неплохая,
Но рядом – никого, кто может подсобить.
Подножие стены обломками покрыто
Несбывшихся надежд, намерений благих,
Осколками мечты, что в дребезги разбита,
Её прощальный крик уже при мне затих.
Но снова бьёт в неё наивный обыватель,
Она – беда его? Или его вина?
Как прежде бережет хранителей печатей
Надежней прочих стен, бумажная стена.
 
***
На этом небосводе звезд немало –
До горизонта – сколько видит глаз.
Вчера одна светиться перестала,
Сегодня, видишь, новая зажглась.
Одна звезда другую погасила,
И думала, что светит за двоих,
Да не смогла. И медленно остыла –
Явление, не редкое у них.
И величины разные у каждой,
И жизнь порой обидно коротка.
Но были те, что вспыхнувши однажды,
Светиться будут долгие века.
 
***
Вот она, передо мной, моя красотка,
Душу греет и собой ласкает глаз;
В бурях жизненных спасительная лодка,
И в отравленной среде – противогаз.
Наша встреча для нее всегда желанна,
Я, естественно, взаимностью плачу.
С нею море по колено постоянно,
С ней всегда любые горы по плечу!
Никогда не ищем повода для встречи,
Мы давным-давно как близкая родня –
Завсегда она утешит и полечит,
Если что-то не в порядке у меня.
Не горюет, если долго мы не вместе,
И уйдет, когда об этом попрошу…
Хватит слов, пойду, налью-ка граммов 200,
И огурчиком соленым закушу.
 
***
Который век не утихает жаркий спор:
- Какого племени и роду женский пол?
Научный мир в плену сомнений до сих пор:
- А разве не от обезьян произошел?
Мужьям ученым бабы тут же возразят:
- А вы найдите в нас какой-нибудь изъян!
Мужик, смотрите, - прямо вылитый примат,
Вот он-то и произошёл от обезьян!
А мы – пришельцы из совсем других миров,
И что откуда есть пошло – не вам решать.
Мы – полномочные посланницы богов,
А вы – объект, который надо улучшать!
Без нас, убогие, вам не прожить и дня,
Вы – примитивы, вы не сможете без нас!
Они частенько улучшали и меня.
И я заметно улучшался. Каждый раз.
 
***
Иной бездарный рифмоблуд,
Кому фанфары снятся,
Считает бесполезным труд
Грамматикой заняться.
Без норм и правил, налегке,
Ошибкам нету счету;
И грош цена такой строке,
Полушка – рифмоплёту.
То слов невнятных хромота,
То слог не самый лучший…
Учите русский, господа,
Великий и могучий!
 
***
 
Боюсь постов ГИБДД, по поводу и без,
Волны высокой на воде, и молнии с небес,
Компании бездомных псов, больших, голодных, злых,
И истеричных голосов психических больных,
Не по себе, когда пожар, далеких залпов гром,
Но самый жуткий мой кошмар – блондинка за рулем!
 
***
Костром пылают маки алые,
Ковыль играет серебром,
Но ни гнедые и не чалые
По ним не бродят табуном.
Река – хрустальною подковою,
Камыш – недвижимй стеной,
Ни рыжие и не соловые
Не ходят здесь на водопой.
Пустых степей просторы хмурые,
Пустые дали за рекой…
Ни вороные, ни каурые
Не потревожат их покой.
Забыты времена былинные
Больших побед, больших вершин.
Сегодня силы лошадиные
Лишь под капотами машин.
 
***
Она по-своему красива,
Она изящна и стройна,
А если и была строптива,
Теперь уже укрощена.
И мы подходим без опаски,
Свои намеренья тая;
Чуть-чуть любви, немного ласки –
И вот она уже твоя.
Слегка дрожит от возбужденья,
Не в силах радости сдержать,
Безумной скачки наслаждение
Желая снова испытать.
Она безумно восхитительна,
Когда свежа и молода…
И лошадь синяя стремительно
Меня уносит в никуда.
 
***
- Куда душа девается, когда
Свой временный приют она оставит?
Неужто пропадает без следа
В безмолвных далях, где забвенье правит?
- для праведной души – своя стезя
И светлый дар иного воплощенья
Нечистым душам в те врата нельзя,
Не заслужив страданием прощенья.
- Какой бывает у любви конец?
И суждено ли ей опять родиться,
Когда одно из любящих сердец
Вдруг для другого перестанет биться?
- Любовь пройти не может без следа,
Пусть даже перевернута страница.
И радость, и печаль ее всегда
Надежно будут в памяти храниться.
 
***
Казалось, поезд мчится вникуда.
Текла неторопливая беседа,
И мы, по просьбе моего соседа,
Сыграть договорились в города:
Ему характеристики давать,
А мне - пытаться город угадать.
- Он был великим именем крещен,
Утраченным, но все же возвращенным
И, будучи бандитским нареченным,
Воспет со сцены бардом и врачом.
Еще он нам тандем бессменный дал…
- Так это ж Питер! – Точно, угадал!
- Как в Рим, дороги все ведут сюда,
Здесь избранные все за нас решают –
Снимают, назначают, устраняют
Судом Басманным или без суда.
О ней по миру разная молва…
- довольно. Я узнал ее – Москва.
- Вот город фантастических затрат,
Невиданных масштабов и амбиций,
Подобное не снилось первым лицам
Всех, бывших до нее, Олимпиад.
Но треть от общей суммы, между прочим…
- Не продолжай. Не стоит. Это Сочи.
 
Апокалипсис
 
И день настал – разверзлись небеса,
Огнем испепеляя все земное.
Слились  в одном невыносимом вое
И грохот волн, поднявшихся стеною,
И демонов подземных голоса.
Исчерпан милосердия лимит,
Терпенье высших сил не бесконечно.
Прощать долги они не могут вечно,
И платим мы за взятый так беспечно,
Неимоверно выросший кредит.
Когда-нибудь, в необозримой дали
Веков грядущих нас упомянут
Как варваров, познавших высший Суд,
И в черный список прошлого внесут.
Мы в силах что-то изменить? – Едва ли…
 
После посещения библиотеки…
 
 - Ответьте, граф, Вам каково сейчас
На тёмной полке без нужды пылиться,
Не слыша, как бессмертные страницы
Привычным шелестом ласкают слух и глаз?
- А вы, поручик, чем удручены?
В свой краткий век не ведая покоя,
Сейчас в забвении блаженном стоя,
Благословлять судьбу свою должны!
- Вон, камер-юнкер, весь во власти сна,
Не помышляет более о славе;
И на судьбу он сетовать не вправе,
Ее щедрот и бед вкусив сполна.
- Вам, гении божественного слова,
Свои кумиры, лавры, времена.
Теперь в чести иные имена –
Маринина, Устинова, Донцова…
 
***
 
У свежей могилы три женщины в черном
Надолго застыли в молчании скорбном.
До этого часа друг друга не зная,
Сидели рядком, о своем вспоминая.
Вот, полный тоски, полушёпот раздался:
- Он мужем мне был. Он им был и остался.
Не лучшим, возможно, но многих не хуже,
Да, правду сказать, мне другой и не нужен.
Вторая, поморщившись, будто от боли:
- Он другом мне был. Только другом – не более.
Кто был до него – обо всех позабыла.
Любила как друга. И просто любила…
А третья молчала, от горя немая,
Тетрадь со стихами к груди прижимая.
В ней тот, кто со всеми троими расстался,
Ей каждой строкою в любви объяснялся…
 
 
***
 
Не за горами заморозки ранние,
Слетает с веток мёртвая листва,
В цвет осени окрасились желания,
Прохладней стали мысли и слова.
Ветшают гнёзда, те, что птицы бросили,
И нам красноречиво говорят,
Что скоро сменит позолоту осени
Серебряный сияющий наряд.
 
 
Разговор с мудрецом
 
– Скажи, старик, чем поступиться мне?
Мне кажется, к жене я слишком строг;
И что для нас сейчас всего важней?
– Взаимное доверие, сынок.
– Скажи, когда в семейной лодке течь,
И ей уже, казалось, вышел срок,
Что может от разрыва уберечь?
– Взаимное терпение, сынок.
– А если чувства нету и следа?
А если в тягость общий уголок?
Что нам взамен останется тогда?
– Взаимоуважение, сынок.
 
 
Ровесникам
 
Мы роптать на судьбу не смеем,
Принимая ее вердикт;
Не горюем и не жалеем,
Что полвека давно позади.
Не боимся, не верим, не просим,
Но отлюбим своё сполна.
Пусть по паспорту – поздняя осень,
На душе всё равно – весна!
 
***
 
– Что о любви нам юность говорит,
О самой первой, неземной и страстной?
– Она как порох – вспыхнет, погорит,
Потом всё тише...тише... и погаснет.
– Что о любви поведать можешь ты,
Имея вес и в звании и в чине?
– Любовь - как восхождение к вершине –
За шагом шаг, без лишней суеты.
– А ты, седой, всё любишь до сих пор?
И если кто поманит – отзовешься?
– Любовь – что угасающий костёр –
Смахни золу, раздуй – и обожжешься!
 
 ***
  
 Городу, в котором я живу
 
Соборный купол золотом блестит,
Велит колени преклонить иконам,
И к небу устремленные кресты венчают храм,
Вознесшийся над Доном.
Шумит вокзал, уходят поезда,
Им, непоседам, дальний путь угоден.
И семафора тусклая звезда
В ночи мигнет зеленым: «Путь свободен!»
На запад ли, на север, на восток –
Везде, как свечи, стали новостройки.
И сразу возле них в кратчайший срок –
Аптеки, бутики и автомойки.
В зеленых зон спасительную тень
Спешат жильцы из каменных коробок.
И кажется, что нескончаем день,
Когда не можешь выбраться из пробок.
Оставь текущих дел водоворот,
И выпади на время из системы,
Спустись к реке, садись на теплоход,
Пусть за кормой останутся проблемы.
Уйдет усталость, смоется печаль,
И бодрым станет дух, и разум ясным.
Вечерним светом озарит причал,
И город вновь покажется прекрасным.
 
***
Совет начинающему. В. Игошин
Легко идти утоптанной тропой
И подбирать штампованные фразы,
Но плагиата липкая зараза
Охотится всечасно за тобой.
Высоким темам должное воздав,
Восславь героев, преданность Отчизне,
Воспой любовь, усладу этой жизни
И вовремя уйди, не опоздав.
И за тобой, и при тебе, и прежде
Об этом перепето сотни раз,
Глядишь – сомнет копытами Пегас
Твой вялый стих в заношенной одежде.
Не подражай – и лавры обретешь,
Собою будь – и ты не канешь в Лету.
Тебе дадут лишь мелкую монету,
Пока чужие песни ты поешь.
Не слушай критиканов и льстецов,
Подчас и самого себя, быть может...
Великие поэты непохожи,
Бездарности – все на одно лицо.
 
 
Материал предоставила Минеева Антонина