• 027.jpg
  • 034.jpg
  • 035.jpg
  • 018.jpg
  • 020.jpg
  • 015.jpg
  • 019.jpg
  • 044.jpg
  • 007.jpg
  • 042.jpg
  • 040.jpg
  • 009.jpg
  • 043.jpg
  • 036.jpg
  • 033.jpg
  • 013.jpg
  • 045.jpg
  • 003.jpg
  • 017.jpg
  • 006.jpg
  • 014.jpg
  • 001.jpg
  • 038.jpg
  • 029.jpg
  • 002.jpg
  • 032.jpg
  • 008.jpg
  • 012.jpg
  • 028.jpg
  • 004.jpg
  • 037.JPG
  • 016.jpg
  • 010.jpg
  • 005.jpg
  • 041.jpg
Логотип

Предметы музейных коллекций нередко становятся путешествием в прошлое. А прошлое – особая страна и все в нем необычно. Многих интересует, как жили предки, чем был наполнен их быт.

Обилие прялок, веретен, больших и малых гребней в музейных фондах свидетельствуют о широкой распространенности их в XVIII нач. ХХ веках. Тогда веретено, прялка, были в каждом доме и являлись орудием женского труда.

Прядение – занятие сезонное. Начиналось оно по окончании сельскохозяйственных работ и заканчивалась на масленицу. Казачки часто собирались вместе в одном курене, пели песни, вспоминали молодость, обучали ремеслу малолетних девочек. Девочки приучались к работе с раннего детства, ребёнок на примере видел, что жизнь его родителей - это постоянный труд. В летний период работа на поле, в зимний - ремесло. Девушки на выданье собирались отдельно с прялками и веретёнами, пряли, вышивали, готовили себе приданое. В качестве гостей сюда приходили казаки, знакомились с девушками, выбирали себе невест.

Жаль, вещи не умеют говорить, но они хранят тепло прикосновения человеческих рук и некую тайну. Ведь первым «механизмом» для скручивания пряжи из волокон шерсти были ловкие руки казачки. Дело пошло значительно быстрее, когда появилось веретено, затем прялка. Но только самопрялка, значительно облегчила женский труд.

Веретено изготавливали из сухого дерева (предпочтительно из берёзы), дерево самый доступный и любимый материал мастера. Длина веретена могла колебаться от 20 до 80 см. Один или оба конца его заострялись, на верхнем конце протачивалась «бородка» для завязывания петли.

Кроме того, веретёна подразделялись на «низовые» и «верховые», смотря по тому, на какой конец деревянного стержня надевали пряслице – глиняный или каменный просверленный грузик. Эта деталь была важна для технологического процесса и вдобавок неплохо сохранялась. Часто такой предмет находят при археологических работах.

Есть основания думать, что женщины очень дорожили пряслицем:оно являлось своеобразным оберегом. Поэтому на них часто встречаются метки, чтобы ненароком не поменяться на посиделках, на пряслице выцарапывали и личные имена. С давних времен именно веретено являлось главным инструментом прядения. Девушка за прялкой — один из характерных образов и старорусской крестьянской жизни. Корень русского слова «веретено» уходит в глубочайшую индоевропейскую древность, и во всех мало-мальски родственных языках, современных и древних, означает «нечто вращающееся». Действительно, при прядении веретено усердно вращалось, скручивая нить. Пряслице же служило маховиком, помогавшим разогнанному веретену кружиться долго и быстро, что было необходимо для сильного и равномерного скручивания пряди волокон, вытянутых из шерсти.

В фонды Старочеркасского музея фабричные самопрялки, прялки в виде гребня с донцем были привезены в 1973-1975 годах из научно-этнографических собирательских экспедиций по Верхнему Дону и Волгоградской области. Таких предметов у нас более 50 единиц. Образцы таких прялок бытовали и на Нижнем Дону. Как же они выглядели?

Прялки-гребни были разборные и состояли из двух деталей, самого гребня и донца (дно) куда он вставлялся. Донце и гребень выполнялись из разных пород дерева (предположительно осина и клён). «На осине сижу, сквозь клён гляжу, берёзу трясу» - эта старинная русская загадка о прялке и веретенеполностью описывает, из чего они были сделаны. Донце - широкая лопатообразная доска с отверстием куда вставляется гребень. Гребень вырезали из цельной деревянной пластины, прямоугольной формы с длинной плоской ручкой, заостренной к низу. Зубья пропиливались глубоко, их насчитывалось от 30 до 90 штук плоские, тонкие заостренные вверху. На зубьях закреплялась кудель очищенное волокно льна, конопли или шерсти. Чтобы прялки стояли твердо и вертикально, пряха ставила донце на скамью и садилась на него.

 

                                       1   2

 

                                                                      Самопрялка. XIX век

В XIX веке на замену ручным прялкам пришли самопрялки. Самопрялка - «стояк» для изготовления шерстяной и льняной пряжи. Держится прялка на четырех ножках. К двум из них прикреплена «педаль», это очень важная часть, так как она приводит в движение весь этот несложный механизм через соединение с колесом. Между стояков укреплено вращающееся колесо, состоящее из 2-х частей, скрепленных по принципу пазов, с 11 деревянными фигурными спицами. Само колесо должно быть достаточно большим, потому что его величина влияет на скорость вращения другого механизма – катушки. Катушка соединяется с колесом капроновой нитью, которая опоясывает колесо. При работе пряхе не надо было рукой вращать веретено для скручивания нити, теперь достаточно было нажатием ноги привести в движение колесо самопрялки и нить, скручиваясь, наматывалась на катушку.

Центром производства самопрялок в России стала Вятская губерния, а позже их стали делать местные кустари по заказу и для продажи. Прялки с любовью хранились и передавались женщинами друг от друга по наследству. В графе  "Легенда о предмете", которая заполняется в учетных документах музея, часто можно прочитать о том, что прялка перешла от матери, а ей, в свою очередь, досталась от её матери.

Уходят в прошлое предметы быта, прялки очень широко представлены в наших музеях – это говорит о том, насколько популярным был этот предмет в былые времена.Сохранилось немало пословиц о прялке, вот некоторые из них: «Без веретена пряжи не спрядёшь», «Какова пряха, такова на ней, и рубаха», «Прялка не Бог, а рубаху даёт».

 


                                                                                      Т. А. Бузнякова –
                                                                                      ст. научный сотрудник научно-фондового отдела
                                                                                      Старочеркасского историко-архитектурного
                                                                                      музея-заповедника