• 040.jpg
  • 035.jpg
  • 034.jpg
  • 002.jpg
  • 001.jpg
  • 006.jpg
  • 019.jpg
  • 012.jpg
  • 018.jpg
  • 016.jpg
  • 017.jpg
  • 029.jpg
  • 007.jpg
  • 027.jpg
  • 045.jpg
  • 028.jpg
  • 009.jpg
  • 044.jpg
  • 042.jpg
  • 004.jpg
  • 003.jpg
  • 008.jpg
  • 032.jpg
  • 010.jpg
  • 036.jpg
  • 041.jpg
  • 033.jpg
  • 013.jpg
  • 014.jpg
  • 020.jpg
  • 038.jpg
  • 043.jpg
  • 037.JPG
  • 005.jpg
  • 015.jpg
Логотип
 
    Донские говоры содержат немало ярких, метких выражений, которыми пользовались даже известные писатели, потому что именно диалектизмы придают произведению образность, яркость, своеобразный колорит. Если  у вас есть родные, проживающие в станицах Грушевской, Ольгинской, Старочеркасской, то, возможно, вы слышали эти необычные для нашего слуха слова.
 
 
 
«Кофий»
Мосты побанила (значит, полы помыла),
Обед навесила в котле на т а г а н е,
Через плетень соседок пригласила:
«На кофий ожидаю вас ко мне».
На лавке — казаны с водой из Дона,
В цебарке — из колодца (ох, студена!) —
Каймак в махотке, ложка в нем — торчком...
Уж посидят, поговорят ладком.
Недолог отдых до прихода стада
(Не в счет — детей зазвать и покормить),
Под образами теплится лампада,
На час-другой отложены все «надо»:
Соседкам есть о чем поговорить.
Казак — на службе царской, у казачки —
Вся остальная служба на плечах
(Семейный, называется, очаг),
Казачка от любых невзгод не плачет,
Хотя порою меркнет свет в очах.
Когда ж давненько нет вестей о муже
Или когда — всего на свете хуже
— Дойдет та весть, что всех иных черней,
Тогда забыть хоть на часок о ней
С такими ж, как она, всего верней...
А позже — два ведра на коромысле
Ей верные попутчики на Дон.
Там, зачерпнув с мостков, утонет в мыслях:
А может, жив и возвернется он?..
У вдов-казачек — вечная забота:
От глаз чужих и от чужих ушей,
От тех, кому господь сберег мужей,
Сокрыть слезу и богохульный ропот...
Дымится кофий в чашках, снятых с горки,
Каймак дождался гостий похвалы...
Традиция (как свадебное «горько!»):
Что б ни было, а кофий - на столы!
 
 
Б.А. Голотин
 
 
***
Сколько ж было мне лет, не припомнится даже. 
Помню солнечный росчерк во весь потолок, 
И себя у окна с поручением важным: 
Я зёрна кофейные в ступе толок.
Знал точно, лишь мне баба Куля доверит,
Подойдёт, тихо тронет меня за плечо, 
Щепоть в ступке возьмёт и на пальцах проверит:
«Потолки ещё трошки, и вроде ничё».
Соберутся в комнатке родные и гости:
«Зинка, сядь, наливай уж, пока не остыл». 
Перемоют станичникам шеи и кости, 
Не забыв никого, ничего не забыв.
«Слухай, Клава, а хто учерася женился? 
Колька, что ли? На ком жа? На ком?! Да ты чё!»
«А Матрёна сказала, сосед у ней спился». 
«Девки, девки, а сахар в Рыбацким почём?»
«Сушь такая стоит, а картошку уж тяпать,
Хуч ба дожжик прошёл, да городы полил». 
«Приходитя, поможитя кухню поляпать».
«Ваня, крикни-ка Шурке, чтоб чайник налил».
И текут, и текут за столом разговоры,
И бегут неуёмной рекою года, 
В детстве долги, потом торопливы и споры, 
Чтоб уже не вернуться назад никогда.
Только память моя, мой уверенный чёлн
Грудью против течения мчится, 
К той сирени спешит меж бушующих волн, 
Сердцем в блёклые окна стучится.
Взгляд окон из-под тех камышовых бровей 
Мне уверенность в душу вселяет, 
Ведь без прошлого наших родных куреней 
Настоящих домов не бывает.
 
  
 Александр Кремнев. Отрывок из стихотворения «Старый курень».
Материал подготовила Миримеренко Наталья