• 028.jpg
  • 029.jpg
  • 001.jpg
  • 007.jpg
  • 045.jpg
  • 044.jpg
  • 043.jpg
  • 003.jpg
  • 035.jpg
  • 041.jpg
  • 014.jpg
  • 015.jpg
  • 032.jpg
  • 036.jpg
  • 027.jpg
  • 016.jpg
  • 034.jpg
  • 020.jpg
  • 012.jpg
  • 040.jpg
  • 013.jpg
  • 005.jpg
  • 038.jpg
  • 010.jpg
  • 037.JPG
  • 002.jpg
  • 042.jpg
  • 017.jpg
  • 009.jpg
  • 006.jpg
  • 019.jpg
  • 033.jpg
  • 018.jpg
  • 004.jpg
  • 008.jpg
Логотип

IMG 8064

Юрий Васильевич Трущелёв (именно так, через «Ё» произносится фамилия, хотя в документах эта буква трансформировалась в «Е») родился в селе Журавлёвка Целинского района Ростовской области.

Село это было основано молоканами, переселившимися в Сальские степи из Закавказья в начале 20-х годов прошлого столетия. Одним из инициаторов переселения был родной брат деда Ю.В. Трущелёва – Фёдор Васильевич Трущелёв. Он был в числе ходоков к В.И. Ульянову (Ленину), но вождь пролетариата уже сильно болел. А всесоюзный староста М.И. Калинин ходокам отказал, ссылаясь на то, что русские должны помогать становлению советской власти в национальных республиках.

Сведущие люди посоветовали обратиться к В.Д. Бонч-Бруевичу, который был тогда в правительстве большевиков, а до революции изучал историю российского сектантства и хорошо знал, что молокане – представители движения духовных христиан – были сосланы на Кавказ царским правительством. При его содействии, молоканам, как пострадавшим от царизма, не только разрешили вернуться в Россию, но и оказали помощь в переселении. Об истории своего рода Ю.В. Трущелёв написал в очерке «Корни», опубликованном в коллективном сборнике «Судьба моя, Аксайская земля».

Дед Яков привёз в 1924 году в село Журавлёвка из азербайджанского села Мараза жену и годовалого сына Василия, а в 1962 году Василий перевёз свою семью с восьмилетним Юрием в Аксай. Здесь Юрий окончил среднюю школу, поступил на завод АКД, с которого уходил на два года в ряды Советской Армии. Служить ему довелось в Закавказье, немало поездил по разным местам, но вот в Маразы попасть не довелось.

Стихи Юрий Трущелёв писал ещё со школьных лет. Первая публикация в «Победе» была 6 июня 1970 года. «Неприметный ничем городок, никому почти неизвестный…» - так начиналось стихотворение об Аксае, которое автор подписал псевдонимом Юрий Германов. Но следующую публикацию, рассказ «Поучительная история», подписал своим именем. Между этими публикациями всего год с небольшим, но за это время Юрий многому научился в литобъединении при редакции газеты «Победа». Рецензировал первый рассказ десятиклассника В.П. Гнутов – в те годы он был автором повести «От помилования отказался». «Поэт в краю степей необозримых» и «Подвиг Ермака» - свои лучшие книги – Василию Петровичу ещё только предстояло написать.

Во время службы Юрий Трущелёв тоже писал стихи, и даже опубликовал в 1973 году одно из них – «Сапёр» - в Тбилиси в окружной газете «Ленинское знамя». Но следующая публикация – опять в родной районке – произошла лишь через девять лет. А с 1983 года стихи, а затем рассказы и зарисовки Юрия Трущелёва печатались в «Победе» регулярно.

Так сложилось, что увлечение литературным творчеством привело его на факультет журналистики РГУ (ныне ЮФУ). Но прежде чем прийти в штат газеты, Юрий несколько лет поработал в Аксайском музее, под началом легендарного директора и фактического создателя «Почтовой станции», «Таможенной заставы» и военно-исторического комплекса В.Д. Гладченко, с которым они были знакомы с 1969 года. Работа в музее приучила Ю.В. Трущелёва серьёзно относиться к фактическому материалу. Что очень пригодилось впоследствии в журналистской работе и в творчестве.

В штате газеты «Победа» Ю.В. Трущелёв с июня 1993 года. Он легко вписался в коллектив и журналистскую работу, потому что со многими сотрудниками был знаком как внештатный корреспондент, а многие предприятия города и хозяйства района ему были знакомы, так сказать, изнутри. До получения диплома Ю.В. Трущелёв успел поработать термистом на заводе АКД, судокорпусником в Аксайской РЭБ ВДРП, наборщиком в типографии, слесарем в райсельхозтехнике, грузчиком на КСМ, засыпщиком шихты на стекольном заводе. В сельхозтехнике он работал в службе по ремонту оборудования животноводческих ферм, побывав за восемь лет во многих хозяйствах.

К этому времени у Юрия Трущелёва были публикации не только в районке, но и в областных газетах «Молот», «Комсомолец», «Вечерний Ростов». А также в журналах «Дон» (Ростов-на-Дону) и «Рабоче-крестьянский корреспондент» (Москва). В 1997 году Юрий написал свои первые «большие» рассказы: «Тот далёкий дождливый день» и «Где ты, Вика?». Автор считал наиболее удачным второй, но опубликовать его смог только 2001 году в двух номерах газеты «Победа». Во время работы корреспондентом были написаны и многие миниатюры – рассказы и зарисовки о природе, о животных, о людях и их взаимоотношениях. Выработался авторский стиль. Газета приучила Юрия к лаконизму и ёмкости изложения, а стихи передали его прозе образность и своеобразный лиризм.

                                  004   003

Почему люди начинают писать стихи, прозу? Наверное, не последнюю роль в этом играет любовь к чтению, которую Юрий перенял у своих родителей. Отец его – Василий Яковлевич – летом работал на тракторе, бывало, и ночевать домой в страду не выберешься. Зато зимой – долгими вечерами читал и Тургенева, Льва Толстого, Достоевского. А мама – Анна Никитична – сразу после войны поступила в педучилище, да вот учиться там не привелось из-за семейных обстоятельств. Зато она помнила наизусть почти всего Пушкина и Некрасова и, занимаясь домашними делами, читала сыну стихи.

Наверное, поэтому и пристрастился Юрий к чтению. Едва научившись, читал «Встречи в тайге» путешественника Владимира Арсеньева. А потом переключился на революционную и героическую романтику, очень любил исторические романы Вальтера Скотта. В какой-то период его настольной книгой была «Легенда об Уленшпигеле» Шарля де Костера. А став старше, «заболел» Джеком Лондоном, читая и перечитывая всё, написанное им. Из русских авторов – любил Тургенева, практически всё, что попадалось, обожал Лермонтова, особенно, «Герой нашего времени». А также прозу Пушкина, хотя и стихов не чурался. Но больше всего любил «Баллады о Робине Гуде» в переводе Маршака – их мог читать наизусть с любого места. После только некоторые вещи Маяковского также легко запоминались Юрию.

Любовь к Маяковскому, а также юношеский максимализм, в выпускном классе сподвигли Юрия написать сочинение в стихах. Тема была свободная – «Мой современник» – предполагалось, что ученики выберут себе объект, с которого можно брать пример в жизни, и напишут об ударнике производства или матери-героине. Юрий написал в стиле Маяковского: «…Ну, хватит, довольно, не буду врать! Ведь Маркс со стенки не заорёт, пусть хоть какая бюрократов рать жирным брюхом вперёд прёт. Конечно, можно найти героя, но очень трудная это работа: писать одно, а видеть другое – кривить душою мне неохота…».

За сочинение ему поставили «пять», но отца пригласили на педсовет. К счастью, окончилось только серьёзной беседой на тему: откуда у сына такое негативное восприятие советской действительности? А удивляться, собственно, нечему было – помимо школьной программы Юрий читал и литературу периода «хрущёвской оттепели». К примеру, «Повесть о пережитом» Бориса Дьякова или «Отблеск костра» Юрия Трифонова, где рассказывалось о сталинских репрессиях, об искажении ленинских идеалов. Отсюда и революционная нетерпимость старшеклассника.

Только значительно позже Ю.В. Трущелёв осознал, что довелось пережить его отцу – ведь он прошёл сталинские лагеря и, хотя никогда не рассказывал подробности сыну, наверное, испугался, что теперь могут привлечь их обоих. Обошлось, времена уже были другие. Драматическую историю своего отца Юрий взял за основу в рассказе «Горбушка», который был издан в литературном альманахе «Рукопись», выпускаемом ростовским поэтом Игорем Елисеевым. А потом этот же рассказ вошёл в коллективный сборник рассказов ростовского литобъединения «Созвучие», изданный к 15 – летию со дня его основания. В аналогичный коллективный сборник стихотворений «Созвучия» вошла подборка стихов Юрия.

Но это уже был 2010 год, а в 2005 – вышла первая и пока единственная книга Юрия Трущелёва «Странная птичка удод», куда вошли рассказы, стихи и публицистика автора. Книга получила хорошие отзывы, как от рядовых читателей, так и от профессиональных литераторов. Стала своеобразным пропуском в ростовскую литературную среду. 

 

005

 

Юрий Трущелёв в тот период неоднократно был дипломантом фестиваля поэзии и бардовской песни «Ростовская Лира», был отмечен в других творческих конкурсах. Но главное, что в период с 2000 до 2010 года он стал хорошим прозаиком. Уже после первой своей книги, он пишет повесть «Время возвращаться», к сожалению, до сих пор неизданную, а также объёмные рассказы «Горбушка», «Свинарка и Пастух». Последний тоже пока нигде не опубликован, но получил хороший отзыв у такого мастера прозы, как Василий Воронов. Специфика нашего времени такова, что книги авторы издают за свои деньги, но не у всех есть для этого возможности.

Может, и это обстоятельство повлияло на резкий поворот в творчестве Юрия Трущелёва после 2009 года, но скорее всего, виной тому интернет. Именно на его просторах Юрий обнаружил, по подсказке одной знакомой, сайт «Народный Продюсер», на котором русскоговорящие поэты и композиторы из России и других стран пишут песни для артистов компании Союз Продакшн. Написание текстов песен отодвинуло на задний план и прозу, и поэзию. За этот период Юрий Трущелёв написал свыше ста песенных текстов, значительная часть – больше семидесяти – получила музыкальное звучание в соавторстве с композиторами из разных уголков планеты. Если считать с вариантами мелодии на один текст, а таковых бывает и до пяти-шести, то на стихи Юрия написано более ста тридцати мелодий.

Но, по мнению самого автора, песня тогда обретает настоящую жизнь, когда она звучит со сцены. А таких работ у Ю.В. Трущелёва пока не много. Самым большим своим успехом Юрий считает песню «На Ивана Купала». Музыку к ней написал композитор из Одессы Валерий Антонюк, песню взяли в репертуар известной певицы Рады Рай, она звучит со сцены на её концертах по всей России: от Владивостока и Магадана, до Сочи и Ростова-на-Дону. В 2014 году «На Ивана Купала» была в одной из программ Международного фестиваля «Славянский базар». Рада Рай пела её в сопровождении шоу-балета и эстрадно-симфонического оркестра Белорусского телевидения. Номер показал 1-й Белорусский телеканал и российский НТВ.

studio08 so production ru

Известный певец Рустам Штар исполнял песню «Одиночество» на музыку американского композитора Марка Тайтлера и стихи, написанные Юрием Трущелёвым в соавторстве с Инной Заславской, в США, в городе Балтимор. А питерский певец и композитор Зиновий Бельский поёт песню «Ромео» на стихи Юрия на самых престижных площадках Северной столицы. Все три песни вошли в номерные альбомы этих артистов. Исполняют песни на стихи Ю.В. Трущелёва и менее известные певцы: москвичи Сергей Сидель, Дмитрий Лавинчук, Алексей Аппин, Дмитрий Осипов, Василий Стороженко, алмаатинцы Дарья и Юрий Хайленко, тюменец Владислав Шубин, таллинка Елена Чичерина, белореченец Евгений Васенин и другие.

 

 

                      35    23

 

 

                       55  22

Ряд песен на его стихи находится в работе у известных исполнителей и профессиональных творческих групп. Так что, как говорит Юрий Васильевич, «главные мои песни ещё не спеты, а книги пока что не изданы – есть, куда расти и к чему стремиться».

 

СЧАСТЬЕ - ОНО ВЕДЬ РЯДОМ...
(памяти моей мамы - Анны Никитичны Трущелевой)
 
В детстве, бывало, отключится свет,
Мама зажжет свечу.
Мне, может, семь, может, восемь лет,
Уроки при свечке учу...
Ветер в стекло швыряет снег,
Мама за прялкой сидит... 
Разве я не был счастливей всех? 
Целая жизнь впереди!
Как это было, как было давно! 
Кажется, что вчера-
Мама за пряжей, пурга за окном. 
Долгие вечера.
Сколько ж мы с нею у свечки сидим?! 
Ветер устал и стих... 
Был белобрысым, а стал я седым... 
Мамы уж нет в живых.
Все, что ты любишь, все жизнь заберет.
Так вот устроен Мир.
Свечка истает. Душа отпоет.
Счастье - всего лишь миг.
Счастье, как спичка, недолго горит.
Гаснет, и сразу мгла.
Только лишь память в себе хранит
То, что Душа дала...
Счастье - оно ведь рядом!
Не на далеких звездах.
Только узнать его надо...
Надо.
Пока не поздно!
 
ЛЮБОВЬ ВСЕГДА БЫВАЕТ ПЕРВОЙ
 
А весна проведет по зеленому белым,
Где-то алым подправит, а где - синевой.
И уже не таясь, озорницею смелой, 
По окрестным садам заневестится вновь...
Будут мчаться вослед босоногие ливни, 
Будут птицы кроить небосвод голубой, 
Будешь ты бесшабашно хмельной и счастливой, 
Буду я любоваться тобой!
Что нам жизнью дано - все становится прошлым.
Есть один худший грех - жизнь прожить не любя.
Но не будем о грустном, скажу о хорошем:
Это счастье, родная, что я встретил тебя!
Будут мчать по земле босоногие ливни,
Будут птицы кроить небосвод голубой,
Будешь ты до бесстыдства хмельной и счастливой,
Буду я любоваться тобой!
И пусть, у нас - не первая весна,
Зато любовь всегда бывает Первой! 
Я лишь с тобою о себе узнал, 
Каким могу быть искренним и верным.
Ты ничего в ответ не говори... 
Какие тучи? Просто дождик летний!
Давай друг другу каждый день дарить,
Как будто он - наш первый и последний!
 
 
ОТЫСКАТЬ БЫ СЛОВА...  
 
 
Жизнь идет - день за днем, 
в суете и потерях, рядом много людей,
 да не каждому веришь... 
Но все время звучит 
в сердце песня без слов:
 неизбывный мотив –
про любовь, про любовь...
Для чего журавли 
собираются в стаи и куда-то на юг 
каждый год улетают? 
Почему из тепла
возвращаются вновь?!
Почему жжет до тла 
мое сердце любовь?..
Я прошел сто дорог,
знал и бури, и грозы,
но ответа все нет
на простые вопросы...
Значит, мы их найдем
только вместе с тобой!
И дуэтом споем
про любовь, про любовь!
Отыскать бы слова, что сильны, как молитва! 
Но на них за века шелуха поналипла...
Или нет в жизни слов, равнозначных судьбе?
А я все же найду! И скажу их тебе...
 
НЕБО ДЛЯ ДВОИХ
 
Брошен был камнем - взлетел, словно птица. 
Нет, не от страха прорезались крылья.
Может, в паденье летать научился, 
Чтоб не расстраивать тех, что любили?.. 
Может, спасен был молитвами мамы –
Глаз не смыкала в тревоге ночами. 
Может быть, сам, от природы упрямый? 
Как бы то ни было, мы повстречались...
Помню, как в дни неприкаянных странствий, 
Вдруг замирал я, в предчувствии смутном.
Будто бы видел в безбрежном пространстве 
Тайные знаки грядущего чуда. 
Выпив до дна чашу лжи и дурмана,
Падая в пропасть, в бездушную бездну,
Смог я взлететь и, сквозь толщу тумана, 
Путь отыскать в этот Рай Поднебесный!
Мы с тех пор с тобой летаем 
В нашем небе для двоих. 
Неземной восторг читаю 
В этот миг в глазах твоих.
Знаю я, откуда крылья 
За спиной у нас с тобой: 
Просто двери мы открыли 
В мир с названием Любовь!