• 036.jpg
  • 041.jpg
  • 007.jpg
  • 013.jpg
  • 034.jpg
  • 003.jpg
  • 044.jpg
  • 035.jpg
  • 015.jpg
  • 027.jpg
  • 018.jpg
  • 005.jpg
  • 028.jpg
  • 008.jpg
  • 042.jpg
  • 032.jpg
  • 006.jpg
  • 019.jpg
  • 038.jpg
  • 037.JPG
  • 045.jpg
  • 002.jpg
  • 020.jpg
  • 029.jpg
  • 016.jpg
  • 017.jpg
  • 009.jpg
  • 014.jpg
  • 033.jpg
  • 040.jpg
  • 012.jpg
  • 001.jpg
  • 010.jpg
  • 043.jpg
  • 004.jpg
Логотип

6

 

Ульяна Николаевна Алфеева родилась в 1979 году в г. Таганроге, из которого уехала вскоре, как только родители получили в Аксае квартиру. Свое детство и уже взрослую жизнь она провела в городе, который навсегда ей стал родным.

 

Ульяна училась во Аксайской средней школе № 2 и признается, что ей очень повезло с педагогами, ведь именно они помогали ей и поощряли увлечение поэзией. И поэтому неудивительно, что первое стихотворе¬ние - «Про зиму» - она написала, когда ей было всего 8 лет.

Классика и весь Серебряный век – с такой поэзией Ульяна начала знакомиться с детства. (вспоминает, что очень часто читала вместе с мамой). Уже поступив в вуз, Ульяна продолжала заниматься литературным творчеством, но более серьезно. И результат не заставил себя долго ждать. Юная поэтесса получила областной «Гран-при» за участие в студенческом литературном конкурсе.

Ульяна Алфеева была участницей поэтической программы на радио Ростова (сама читала свои произведения). Ее стихи вошли в творческий сборник студентов и преподавателей РГПУ. В соавторстве с ростовским композитором Александром Кудряшовым на стихи Ульяны написаны несколько песен, среди них «Колыбельная», «Костры», «Сколько лет...». Стихотворения «Облако», «Клочок распластанного лета», «Зимний этюд» были напечатаны в газете «Аксайский Диалог» и сразу обратили на себя внимание читателей.

В 2001 году она закончила Ростовский государственный педагоги-ческий университет по специальности «Филология». Редактор районной газеты «Победа», Н.А. Лукина, пригласила «пишущую девочку» на работу сначала без далекой перспективы. Да и мама Ульяны, педагог по образованию, посоветовала дочери попробовать себя в журналистике. 

 Вскоре Ульяна работала на телевидении корреспондентом («Южный регион»). Как всегда она выполняла свою работу с душой и ответственностью.

За свои стихи У.Н. Алфеева была отмечена в числе победителей литературного конкурса газеты «Крестьянин».

Прочитать ее произведения можно в коллективном сборнике творчества студентов и преподавателей РГПУ, в сборнике стихов и прозы «И вечная любовь моя - Аксай...», «Судьба моя, аксайская земля», «Поклон тебе, родная сторона». Ульяна публиковались в местной и ростовской периодике, читала стихи в программах Дон-ТР, некоторые из них стали песнями.

image

 

Ульяна – молодая, многодетная мамочка. У нее три ребенка: два сына (одного из них она назвала Арсением, в честь любимого Тарковского) и дочка Таечка. Она с радостью делится: ее старшие дети пытаются сочинять стихи.

Сегодня семья занимает все ее свободное время. Но Ульяна все же не бросает своего ремесла и говорит честно о том, чувствует постоянную потребность в написании стихов.

 

88

 

Поэзия молодого ав­тора отличается искренностью и носит философский характер.

К своему творчеству Ульяна относится без восторга, признается, что стихи приходят к ней с каким-либо потрясением. Но в ее собственной поэзии чувствуется вкус, лиричность, трепетное отношение к человеческим чувствам.

А мы знаем, что совсем скоро сможем прочитать ее новые произведения.

P.S. С Ульяной уютно. От знакомства осталось теплое чувство, приятные воспоминания и надежда на еще одну интересную встречу.

 
 17 ЛЕТ
 
Пахнет кофе твой хрупкий дом, 
Угасает в прихожей свет. 
Разговоры о том, о сем. 
Нам, как раньше, 17 лет.
Мне не страшно стареть, поверь,
Я как будто разбила клеть.
Просто выйдем за эту дверь, 
Там нам вечно 17 лет.
Стонет там, в темноте, рояль,
И глядит со стены портрет. 
Там обидно и очень жаль, 
Что всего нам 17 лет.
Мы о Ницше до хрипоты 
Будем спорить пока рассвет. 
Строгим мальчиком будешь ты 
Там, где нам по 17 лет.
В янтаре мы застыли там, 
Словно мухи на сотни лет.
Молодые - в разрывах драм. 
Это важно в 17 лет.
Наши встречи как колдовство: 
Янтаря тихо тает след. 
И дурманит полынь-травой 
Мысль: мы дружим 17 лет.
Заколдованной цифры жар. 
Ее тускло-кофейный цвет. 
Навсегда: за окном январь. 
Нам с тобой по 17 лет.
 
***
И я зачем-то до сих пор жива.
Во сне чужом завязла сонной мухой.
Глотаю пыль, улыбки и слова,
Гася ладонью праздник чьих-то кухонь.
И мне не жаль растраченных зеркал, 
Сменяющихся глаз и отражений. 
Меня в роман писатель злой украл 
От недостатка чувств и воображенья.
Я, как во сне: ресницы и цветы. 
И босоножки жадно топчут лето. 
А под другой Луной сегодня ты 
Закуриваешь жадно сигарету.
Не видно мне ни взгляда, ни кольца,
Но чувствую в полуночи истертой, 
Что мы друг другу снимся без конца 
В своей любви мучительной и мертвой.
 
* * *
 
В старых дубах танцуют тени, 
Ветер им шепчет стансы. 
Где-то в другой вселенной 
Ты внучку ведешь на танцы.
В белых носочках ножки 
Бодро пинают камни. 
Крепко сжимает ладошку 
Девятилетняя Таня.
Там тоже город южный:
Парки, цветы и море.
Ты говоришь, что нужно 
Не опоздать, что скоро...
Шутка ль? Шестой десяток. 
Внучка бежит вприпрыжку.
«Господи, сколько счастья! 
Таня, уронишь книжку!»
Бог с ним, что не случилось 
Там моего рожденья. 
Я тебе только снилась 
Строчкой стихотворенья.
Что там, в другом «Могли быть»? 
Солнце и юный ветер? 
Нет там гранитной глыбы 
С датою твоей смерти...
 
РУКИ
 
Как много мама мне дала, 
Не подсчитать и не измерить. 
Охапку жизни и тепла, 
Букет надежд, любви и веры.
Спасибо маме за мечты, 
За детство, пряное, как травы, 
Что горки были не круты 
И плот всегда у переправы.
Не важно, в тридцать или в пять 
Готовы были руки мамы
Схватить, поднять, к груди прижать, 
Листать тетрадки со стихами,
Нести конфеты и духи, 
Чтобы ребенку было сладко, 
И рвать внучатам лопухи, 
Чтоб смастерить шалаш-палатку.
А пальцы мамины немы. 
Так их касанья невесомы,
Что кажется нам: сами мы
Все делаем и так способны.
Мы понимаем лишь тогда, 
Когда ладони вдруг разжались, 
Что под ногами пустота, 
Что руки мамины держали...
 
***
 
И сколько лет?.. А в памяти живут 
Декабрьские муторные ночи, 
Они стучат, они мне сердце рвут,
С годами не становятся короче.
Сегодняшнего счастья облака 
Плывут нелепо мимо старой тучи.
И лодочка просторна и легка,
Но что-то там страшит меня и мучит.
Забыть совсем? Наверно, не хочу.
Там молодость моя, мечты и... все, что было.
Сама себе никак я не прощу,
Что так ждала. И так тебя любила.
Ах, сколько лет... Запреты все сняты.
Я понимаю - так легко и точно,
Как хорошо, что не вернулся ты 
Ко мне той горькой и бессонной ночью.
 
***
 
Дед Мороз стучится в двери: 
«Открывай, котенок! 
Можешь ты в меня не верить, 
Хитрый ты ребенок.
Вот возьми-ка свой подарок,
Сенечка-синичка,
Вот машинка, домик, шарик...»
Засияет личико.
Разве важно, что под маской
Притаился папа? 
Новый год смешал все краски 
Под еловой лапой.
Будешь спать ты сладко-сладко
В праздничную полночь. 
Дед Мороз зайдет украдкой –
После и не вспомнить.
Иней ляжет у прихожей,
Снег мелькнет над ушком.
И рука легко положит 
Сказку под подушку...
 
***
 
Бескрылый бес с испариной на лбу, 
Как тать в ночи, крадется по карнизу. 
Не верит он ни в Бога, ни в судьбу. 
Легко ему и наверху, и снизу.
Мой светлый бес, печальный и слепой, 
Циничный, страшный и такой далекий.
Не той тропой. А завтра - в новый бой.
И снова кровь, и снова глаз за око.
И град камней улыбками лови. 
Ведь все равно не станешь ты молиться. 
Слепящий свет моей большой любви 
Не даст тебе, незрячему, разбиться.